Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
Видео
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 24 (281), 2017 г.



Аркадий Драгомощенко (3.02.1946 — 12.09.2012)

 

РЕКИ ВАВИЛОНА

At Grand Central Station I Sat Down and Wept
Elizabeth Smart

Во всеоружии пространство явлено, как будто можно
тронуть его все пифагоровы жилы, иногда прямые,
словно тростник двоения, как рта след
                                               на осенней слюде,
за которой гончарная поросль отступает волна
                                                           за волной
в пределы эхо, гася сторожевые огни и в охры пену
погружая сонных, как эреба капли, птиц плетения.

Иногда легки они пальцам, как паутина
                                               над полем порожним,
опрокинутым в ледяные трилистники полудня, и потому
в явленном не множатся тени. Поэтому,
                                               к примеру, чайка —
лишь влажная ссадина, и мысль проста,
                                               как приветствие, —
подпись под ним блаженно стерта,
                                               под стать расстоянию,
а само увядает в воздухе, ничего не меняя
                                               в окрестностях.
Никто не произнес его. Никто даже мельком
                                                           не видел того,
кто был рассеян кустом бересклета, росою, — парение.

Но даже если коснется дна зрение,
                                               неиссякаемого пробела,
луна, со светом совпавшая, как вещь с доказательством
ее права на место и свершение речью,
                                               в угольном ободе
останется рдеть как прежде. Тускло,
                                               наподобие времени,
сведенному в точку еще не разбившей числа материи.

Если достоянием рек зрачки в чешуе слез и жажды,
Сухому руслу — жало листа, несомого тысячелетием.
И даже смерть здесь только слуха горсть,
                                               вот почему — парение.
Не блеск покуда, отнюдь не слепок, еще не пора горла.
………………………………………………………………………….
И этой обусловленности длинная тяжба тяжести.

New York, 11/9/00

(Стихотворение с портала www.futurum-art.ru)



Яндекс.Метрика