Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
TV "Поэтоград"
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 04 (388), 2021 г.



АЛЕКСЕЙ ГЛУХОВСКИЙ

Алексей Глуховский — поэт. Родился в 1955 году в Москве. Окончил факультет журналистики МГУ. Работал на радио. С 2001 года живет в Баден-Бадене (Германия). Стихи пишет с юности, много лет занимался художественным переводом с немецкого, французского, сербского языков. Поэтические переводы печатались в сборниках издательства «Художественная литература», в «Литературной газете» и др. Автор сборника стихотворных переводов «Слова» (Москва 2013), а также поэтических книг «Лирика» (Нью-Йорк, 2015), «Вид из окна» (Москва, 2017), «Знаки времени» (Москва 2018), «Дорога домой» (Москва, 2020). Лауреат Всемирного поэтического фестиваля «Эмигрантская лира»-2018» в Льеже и 6-й Международной поэтической премии «Образ» за 2018 г.



ЕДИНСТВЕННАЯ ФОРМА БЫТИЯ
 
ПОЭЗИЯ

поэзия соломинка моя
спасение во время наводненья
единственный просвет среди затменья
единственная форма бытия
как будто бы держусь за поплавок
ослабшими и скользкими руками
и легкие наполнив пузырями
вдруг вынужденный делаю нырок
и знаю что подняв меня со дна
мне дашь сухую теплую одежду
а вместе с нею шаткую надежду
на осознанье завтрашнего дня
я ощущаю твой неровный пульс
когда стихотворением чревата
ты смотришь на меня так виновато
что я узнать причину не берусь
я становлюсь с тобою сам не свой
и чувствую смущенье и неловкость
и сердца обескровленную емкость
спешу наполнить заново тобой



БЫЛА ЗИМА

(к стихотворению
Б. Пастернака «Снег идет»)

Была зима и падал снег.
Привычно двигалась планета.
Жил на планете человек
на перекрестке тьмы и света.
Он по ночам стихи писал,
потом, сжигая их в камине,
он вновь зарок себе давал,
не возвращаться к ним отныне.
Средь ночи выходил во двор
вдохнуть густой колючий воздух,
полюбоваться на ковер,
что для него соткали звезды.
Потом, вернувшись в кабинет,
отогреваясь у камина,
писал про зиму и про снег,
что шел и шел
неутомимо.



НА КУХНЕ

сижу отшельником немым
на кухне точно в тесной келье
стихи пишу глотаю дым
свести пытаюсь параллели
между собой соединить
что в жизни не было и было
стихи дают мне силы жить
и тут же отнимают силы



НОВЫЙ СНЕГ

Есть запах арбуза
у нового снега,
который хрустит у меня
на зубах.
Есть привкус тревожности
в оттиске следа,
что кем-то оставлен,
возможно, в бегах.
Есть белая мертвенность
голой березы
и зимнего солнца
горящий янтарь,
когда зарождаются
метаморфозы
в себе растворяя
осеннюю хмарь.



В ПАРКЕ

Я слушал в парке пианиста.
Ласкала клавиши рука.
Текла то медленно, то быстро
из-под руки его — река.

Тянулись к облакам платаны,
подставив плечи небесам.
Вдруг, уступая фортепиано,
умолкли птичьи голоса.

Забытый вальс Ференца Листа
уравновешивал покой,
а из-под пальцев пианиста
струилась музыка рекой.



ЛУЧ

Отхожу от зимы, как больной от тяжелого бреда.
Небо жадною губкой вбирает в себя синеву.
Отступает хандра и весна наступает победно.
Рад тому, что очнулся, а значит покуда живу.
Воздух, словно отмыт. Как стекло, он прозрачен
                                                                      и светел.
Распаляя рассвет — словно факелом — рыжим хвостом,
юркий солнечный луч, на забор перепрыгнувший с ветки,
робкой белкой застыл перед новым изящным
                                                                     прыжком.



СЛОВО

За окном то ли дождь,
то ли снег —
словно жизнь, затянулось ненастье
за стеной то ли плач,
то ли смех,
то ли радость, а то ли несчастье.
На душе то озноб,
то покой,
то заботы,
то отдохновенье.
Все сильней недовольство собой,
все острее моменты прозренья.
Водосточная воет труба,
исполняя печальное соло.
Подарила мне Слово судьба —
мне бы справиться только со словом.



СЖАЛИСЬ ДНИ

Не хватает ночи,
чтоб уснуть.
Даже самой длинной, зимней ночи.
Сжались дни
и сделались короче.
И яснее жизненная суть.
Уж пора бы важные понять,
в сущности,
совсем простые вещи.
Те, что тихо шепчет
ветер вещий,
предлагая данность мне
принять.
Раздвигает занавес
рассвет,
как в театре, медленно
и чинно.
Грусть моя все чаще
беспричинна.
И необъясним ее сюжет.



С ПРЕВЕРОМ

Птичьей стаей в оперенье рыжем,
в воздухе,
пропитанном дождем,
осень закружилась над Парижем
в танго необузданном своем.
Отмирают годы, словно листья,
под ногами стелятся ковром.
По-французски «грустный»
будет «triste».
Мы грустим с Превером под дождем.
Наблюдаем медленную Сену
и в леса одетый Нотр-Дам.
Ливень на воде взбивает пену
и с рекой уходит в океан.
Мне поэт читает стих давнишний.
Мы стоим, задрав воротники...
Между нами дождь,
как третий лишний,
тонет в ряби пасмурной реки.



ПО МОТИВАМ М. ШАГАЛА

За окнами почти что рассвело.
В домах, мерцая, догорают свечи.
Откуда-то туману нанесло —
над крышами, над церковью, над речкой.
Земное притяженье — ерунда.
Любовь не подвергается расчету.
Влюбленные, покинув города,
пускаются в безумные полеты.
Бесшумно набирая высоту
над лесом, над рекою, над полями,
в своих сердцах лелеют красоту.
И чувства распускаются крылами.



КРАСИВЫЕ ЖЕНЩИНЫ

Красивые женщины ходят по городу,
дразня и смущая своей пестротой.
И все до одной вызывающе молоды,
пейзаж городской украшают собой.

Они на меня — никакого внимания.
Бывало иначе. Где те времена,
когда я у них находил понимание?
И женщины тоже любили меня.

Красивые женщины ходят по улицам,
достойные, чтобы сниматься в кино.
Красивые женщины с кем-то целуются,
за кем-то уходят, увы, не за мной.



ВЕЩНОСТЬ

Все то, к чему сегодня прикасаюсь,
в чем нет души, что холодно, как лед,
и в зеркале безмолвно отражаясь,
застыло — все меня переживет.

Дверная ручка, гладкая на ощупь,
дубовый шкаф, приставленный к стене,
и раритетов высохшие мощи —
все будут жить, не помня обо мне.

В предметах закодирована вечность,
ее секрет неведом никому.
Нетленности подверженная вещность,
необъяснима сердцу и уму.

Предметы перейдут в другие руки,
почувствуют другой пытливый взгляд.
И после нас новейшие науки
бессмертия загадку объяснят.



ВРЕМЯ

(после прочтения «Письмовника»
М. Шишкина)

Со временем
такая вот петрушка —
чем ближе край,
тем прошлое видней.
В часах настенных кликает кукушка,
ведя отсчет
чужих годов и дней.
По чьей-то воле сдвинутые стрелки
изменят устоявшийся уклад,
и с временем невыгодная сделка,
перенесет нас на века назад.
Из всех живых существ на этом свете
лишь человек
сознаньем наделен.
Он знает все про неизбежность смерти,
про смену
и взаимосвязь
времен.
Про то, что
к непременной катастрофе
жизнь каждого
однажды приведет.
И время нам не врач,
а сладкий морфий —
болезни не излечит,
но уймет.
А мы, как предки,
будем письменами
вести дотошно наши дневники,
чтоб сохранить,
нетленное с годами,
записанное нами
от руки.



СТИХИ НИ О ЧЕМ

С утра проснулся —
слава Богу!
О двух ногах, о двух
руках...
Ночная схлынула тревога
и под кровать забился
страх.
И снова радуешься звукам,
и можешь солнцу подмигнуть,
и прокричать ему:
«А ну-ка,
сыграй со мной
во что-нибудь!»
Выходишь прочь,
почти раздетый,
стоишь, как пугало,
в саду,
слепой от утреннего света,
со вкусом яблока
во рту.
И чутко слушаешь,
как птицы
высокий пробуют регистр,
и вдруг захочешь
с ними слиться,
вступая в звонкий
пересвист.
Пьешь на террасе
горький кофе,
следя за солнечным лучом,
и про себя
бормочешь строфы
стихов без смысла —
ни о чем.



СПАМ

Мы общаться
когда-то умели —
по делам или
по пустякам,
а теперь посылаем емейлы,
прямиком уходящие
в спам.
Мы дружили друг
с другом вживую,
выпивали, читали стихи.
Не расходуя жизнь вхолостую,
проживали
наперегонки.
Пополняли амурные
списки,
всем подряд
признаваясь в любви,
отправляли далеким
и близким
откровенные письма свои.
Мы давно уже стали другими,
точно влили чужую
в нас кровь.
Писем больше
не пишем любимым,
в эсэмэски вмещаем любовь.
Словно сделались
вдруг равнодушней,
на слова и на чувства скупей.
Успеваем чуть больше,
разрушив
что-то важное
в жизни своей.



Яндекс.Метрика